TravelStar - Туристический портал
E-mail Карта сайта Гостевая книга

 СТРАНЫ  |  ОТЕЛИ  |  НОВОСТИ  |  СТАТЬИ  |  ФОТООБОИ  |  ПОДБОР ТУРА  |  ОФИСЫ ПРОДАЖ  

Страны и туры:

  Австрия
  Андорра
  Бали
  Болгария
  Бразилия
  Великобритания
  Вьетнам
  Греция
  Доминикана 
  Египет
  Индия 
  Испания
  Италия
  Канары 
  Кения
  Китай
  Кипр
  Крит
  Куба 
  Маврикий 
  Малайзия 
  Мальта
  Мальдивы 
  Марокко 
  Мексика 
  Норвегия 
  ОАЭ
  Португалия 
  Сейшелы 
  Сингапур 
  Таиланд
  Тунис
  Турция 
  Финляндия
  Франция
  Хорватия
  Чехия
  Черногория
  Швейцария
  Шри-Ланка
  Эквадор
  ЮАР
  Ямайка
  .. другие страны

  Как купить тур

Полезная информация:

  Горные лыжи
  Дайвинг
  Виндсерфинг

  Каталог отелей
  Советы туристам
  Отзывы туристов
  Помощь юриста
  Авиация
  Анекдоты
  Ресурсы сети



ШВЕЙЦАРИЯ   

ШВЕЙЦАРИЯ   



По следам Ницше

Домовой Июнь 2002

Алексей Мокроусов

"Я постоянно повторяю: Верхний Энгадин -- самое прекрасное место на свете. Я не так просто говорю о счастье, но думаю, я почти счастлив здесь", -- писал осторожный Томас Манн в июле 1950 года.

Спустя полвека с лишним я добирался в долину Энгадин через Цюрих. Самолет прилетел вечером, когда поезда в Санкт-Мориц уже не ходили. Триста километров пришлось ехать на машине, и доступными глазу оказывались фонари и огни домов, звезды над головой да выхваченные фарами деревья. Зато обратная дорога в Цюрих на знаменитом Glacier-Express с панорамными окнами вернула тот восторг, что испытываешь лишь перед океаном да в горах. Все сверкало и сияло на солнце, а внизу, под мостами и насыпями, изумрудилась вода в речках, озерах и похожих на бассейны водохранилищах, столь часто окружающих бесчисленные электроподстанции в горах.

Долина Энгадин находится неподалеку от итальянской границы. Местным языком считается ретророманский, но разговаривают на нем сегодня единицы. В ходу немецкий и итальянский (из Апеннин приезжает большая часть сезонных сотрудников в местные отели). Итальянскую фамилию носит и самый знаменитый художник долины -- Джованни Сегантини (1858-1899). Он был открыт всем веяниям эпохи, от символизма до дивизионизма (было такое стремление разложить свет на его спектральные части). Музей Сегантини стоит на склоне горы. Это характерный для 1900-х годов дом с куполом, построенный по проекту художника уже после его смерти (собственно, так должен был выглядеть его павильон на Парижской выставке 1900 года, но не случилось). В зале под куполом всего три картины (знаменитый цикл "Альпы"), а внизу постоянная коллекция либо выставка.

В каком-то смысле все осталось здесь неизменным за прошедший век -- и люди, и пейзажи... Если идти от домика Сегантини по склону вниз, то попадаешь к музею Энгадин, типа наших этнографических собраний, только интерьеры здесь не воссозданы по частям, а перенесены целиком. Причем есть и относительно свежие, вроде кухни XVI века, и совсем старые, как зала XIII столетия. На всем стоит дата -- и на шкафах, и на посуде, и чуть ли не на ночных горшках: так заботились о потомках, чтобы те помнили про связь времен. Попалась мне и кровать, очень узкая (чем ближе, тем теплее, объяснил смотритель), с нарисованным скелетом над нею. Лежишь себе и анатомию изучаешь. Хорошо хоть, что не по соседу.

Если оказаться в музее раньше других, то приходится проявлять настойчивость на грани настырности: не все двери в залах уже открыты, и потому надо механически поворачивать все ручки: вдруг что еще доступно? Иначе ведешь себя в легендарном отеле Санкт-Морица Badrutts Palace, где все, что нужно, открывают швейцары, а что не нужно -- так уж держи себя в руках. Коллекция отеля может считаться вполне музейной -- точнее, это коллекция семейства Бадруттов, владеющих "Паласом". Бесчисленные средневековые скульптуры, сцены из жизни святых и фрагменты церковного убранства (говорят даже, что "Мадонна" -- оригинал, а не копия Рафаэля, но это навряд ли) украшают местные гостиные и бары, которые помнят Мерилин Монро и Чаплина, Грету Гарбо и барона Тиссена, Ницше и Юла Бриннера. Любила Badrutts и русская знать -- Юсуповы, Трубецкие, Долгоруковы. Но и сегодня русские составляют десятую часть клиентов -- правда, отчего-то они редко попадались мне в коридорах. Видимо, плескались в бассейне или пропадали в спа Даниэлы Штайнер, разместившемся в нижнем этаже. А может, и кружили в вертолете в горах. Я тоже сел в скромную по виду птицу, чтобы подняться к Питц-Палю -- горе, вошедшей в историю кино. В 1929-м кинорежиссер Георг Пабст запечатлел альпинистские страсти вокруг горы и буйство ветров и снега в ленте "Белый ад Питц-Палю" с очаровательной в ту пору Лени Рифеншталь, а теперь вот за четверть часа сюда поднимаешься, не ободрав пальцев. И вид на розовом закате...

Неподалеку от Санкт-Морица -- самая знаменитая деревня Энгадин Силс-Мария. Когда-то в ней перебывали все европейские интеллектуалы, от Германа Гессе до Жана Кокто. Не только потому, что в Силсе много лет работал Ницше -- просто деревня симпатичная и окрестности хороши. Но сегодня именно домик Ницше привлекает сюда туристов в первую очередь. В книжной лавке при музейчике можно углубиться в тексты философа (на трех языках), а при желании и снять одну из двух комнаток для работы. Минимум на неделю, удобства на этаже, обстановка спартанская -- чем не повод написать "Веселую науку"? Или проникнуться истинным положением вещей в мире: "Требование взаимности не есть требование любви, но тщеславия и чувственности".

Но мне вдруг взгрустнулось в сумерках перед домиком Ницше. Снег еще лежал перед белыми стенами, и в стороне торчала метла. Надо же, думал я, направляясь от дверей куда-то вверх по тропинке, насколько места подобны отношениям. Только кажется, что сейчас будешь счастлив, как уже пора расставаться! И никто не подарит тебе лишней минуты, дня или года. Или надо все же настаивать на своих желаниях, отбирая у работы право на свидание и минуту неги, проводя время с кем хочется, а не с кем надо. Там, где сумерки сливаются со стеною дома. Где еще из-под надвинутой шляпы прохожего мелькнут такие знакомые обвислые усы?

Окрестности -- едва ли не самое интересное во всех поездках, они расширяют горизонт и дарят лишней свободой. В Цуоце (полчаса от отеля) меня не столько дивные фасады поразили, сколько тюрьма XVI века. Осужденные ждали здесь по полгода епископа, который с шествием регулярно проходил через Цуоц, а заодно и судил виновных. Их держали по шесть человек в подвале три на три метра, без света, среди крыс и пауков. Получив ключ от тюрьмы в местном турбюро, я тоже полез вниз. И чуть не застрял на лестнице из-за карманов куртки, набитых всякими проспектами, фотоаппаратами и прочим хламом путешествующего.

Когда в 1864 году в Санкт-Мориц прибыли первые четыре туриста (как обычно, ими оказались англичане), у них явно с собой было всего меньше, да и в деревеньке жило чуть более 250 человек. Сейчас -- около пяти тысяч, и еще столько же гостей приезжают сюда ежегодно. От монакской принцессы до короля Швеции -- все находят здесь приют. Комфорт и впрямь соответствует качеству ("Палас" -- одно из самых дорогих мест в Европе), а ресторан отеля развеял все мои сомнения в отельной кухне. Быть может, вид из окна лучше лишь в гастрономическом ресторане Mathis Corviglia на горнолыжной станции (говорят, здесь продают больше всего икры в мире, но я лишь на черные трюфели западал).

Для избранных гостей устраивают ужин в винном погребе Badrutts, среди 550 видов вин и 60 с лишним тысяч бутылок (как обычно, самое дорогое вино -- приближающийся к 10 тысячам франков Lafite Rothschild 1900 года -- недавно откупорил русский). Среди мерцающих свеч и мотыльками порхающих официантов приятно пообщаться с сомелье, обаятельным французом Орельеном Бланом. Пару лет назад он стал лучшим молодым сомелье Франции, а сейчас готовится к европейскому конкурсу -- и именно из-за обильного выбора в Badrutts приехал сюда из Дижона, где предпочитают все же родные французские вина. А в Санкт-Морице есть все, от чилийских до новозеландских.

Обычный же зал ресторана Badrutts Palace, скромно называемый Le Restaurant, поскольку отмечен многими кулинарными гидами, единственный на моей памяти отельный ресторан в мире, где показывают оперы. Причем в неплохом исполнении. Так, в июне здесь прозвучит моцартовская "Мнимая садовница". Но лучшие оперы, конечно же, в самом Цюрихе. Куда мне и было пора. Карамзин называл его "Цирих"

"С отменным удовольствием подъезжал я к Цириху, -- пишет автор Писем русского путешественника, -- с отменным удовольствием смотрел на его приятное местоположение, на ясное небо, на веселые окрестности, на светлое, зеркальное озеро, и на красные его берега..." Сегодня-то берега застроены -- и неподалеку от того места, где жил Карамзин, стоит роскошный отель Baur au Lac. В историю музыки он вошел тем, что с 16-го по 19 февраля 1853 года Вагнер полностью исполнил здесь фортепианную транскрипцию "Кольца нибелунгов", причем сам играл, напевал, а то и переходил на прозу (сейчас Baur au Lac знаменит дружбой с цюрихской оперой, совместно с которой устраивает оперные балы). Только что парижское издательство Flammarion выпустило биографию отеля на немецком, французском и английском (как только мне книгу пришлют, расскажу о ней отдельно). Но попал я сюда скорее случайно: Baur au Lac, вместе с санкт-морицевским Palace, предлагает гостям единый пакет, позволяющий неплохо сэкономить: пять дней -- в горах, уикенд -- в Цюрихе. Иначе как протиснуться в ряды постоянных клиентов, что останавливаются здесь из поколения в поколение? Портье их даже по голосам узнают, когда те звонят заказать номер. А таковых две трети от гостей.

Разрабатывая собственный голос для будущих звонков консьержу, я посвятил пару дней музыке и музеям. Благо от Baur au Lac всюду близко: до музея Ритберга минут двадцать прогулки по берегу, до оперы -- десять, а до Tonhalle и вовсе пять. Концертный зал оказался в двух минутах от отельного ночного клуба, и выступают в его старинных стенах (с неказистым, надо сказать, современным фасадом) мировые звезды -- от дирижера Франса Брюггена до скрипачки Виктории Мулловой. Мне, правда, полюбился утренний концерт в воскресенье. Он начинается ровно без четверти одиннадцать, и касса закрывается минута в минуту: все ж таки Швейцария, где точны не только часы, но и люди. Зато как приятно под наливающееся солнце внимать Баху и Филду, Мартину и Моцарту! А потом можно пройтись по старому городу, зайти в дом литературы Strauhof на Аугустинергассе -- я посмотрел экспозицию о маркизе-издателе Фельтринелли (том самом, что "Живаго" опубликовал). А в Helmhaus, где выставка молодых художников Цюриха, я играл в настольный теннис и качался на качелях -- это тоже оказалось искусством. Вообще арт-жизнь в Цюрихе бьет ключом. В выставочные залы превращают и электростанции (Haus Konstruktiv с интересными современными экспозициями), и пивоварни. Причем в последней помещается не только Кунстхалле с Музеем современного искусства Migros, но и с десяток галерей и неплохой книжный магазинчик.

Многие воспринимают Цюрих как город деловых людей, но редко где еще встретишь в Европе такую концентрацию культуры на расстоянии буквально вытянутой руки. Почти всюду я ходил пешком. Лишь в ту пивоварню на Limmatstrasse, 270, ездил да коллекцию Бюрле тоже на трамвайчике навещал. От путей шел потом к Бюрле вверх, мимо домов и по мостику над электричкой, потом по проулку, пока не попал на сверхбуржуазную улицу, составленную из особняков и "феррари". И тут в одной из неприметных вилл обнаружил музей, полный Пикассо и Модильяни, Дюфи и Ренуара, Сезанна и Гойи. Одного только Ван Гога семь картин, а Гогена -- пять! Всю эту роскошь Эмиль Бюрле начал собирать до войны, став обладателем одной из самых эффектных коллекций. Открыта она лишь три дня в неделю, включая воскресенье.

Уже в трамвае я перечитывал Карамзина: "Я слыхал прежде, будто в Швейцарии жить дешево; теперь могу сказать, что это неправда, и что здесь все гораздо дороже, нежели в Германии: на прим. хлеб, мясо, дрова, платье, обувь и прочия необходимости. Причина сей дороговизны есть богатство Швейцаров". "Приятно, что богатства здесь не прячут -- ни материального, ни духовного", -- тщетно объяснял я контролеру, пытавшемуся выудить из меня трамвайный билет.


© Домовой

Июнь 2002



Дополнительная информация:   

  Швейцария



Статьи по теме:

Я видел бабочку на снегу
Иностранец

С процедуры - на бал
Иностранец

В Швейцарии итальянскому учат бесплатно
Иностранец

Очень дешевый отдых в очень дорогой стране
Иностранец

Сырно-картофельный рацион (швейцарская кухня)
Туринфо

Женева дарит покой, будит фантазии
Аэрофлот #5-2002

Лыжные курорты для экстремалов, сибаритов, скалолазов и "чайников"
Коммерсантъ Спорт

Кран-Монтана, любимая солнцем
Домовой Ноябрь 2001

Швейцария для всех
Коммерсантъ Июль 2001

Швейцария по-итальянски
Домовой Апрель 2001

Узок круг этих туристов
Туринфо

Пленники креплений
Вояж Ноябрь 2000

Десять дней в Долине
Вояж Ноябрь 2000

Дорогое наше озеро
Вояж Сентябрь 2000

Над всей Швейцарией безоблачное небо
Домовой Август 2000

Жемчужина Европы. Цюрих
Отдых Май 1998

Горы: Страна в тумане
Иностранец #7-1999

Вся правда про Швейцарию
Иностранец #15-1998

Продолжение праздника - в горах
Иностранец #5-1998

Немного солнца в холодном дожде
Иностранец #29-1996

Hе у самого синего моря
Иностранец #35-1995

Совершенная Швейцария
Журнал «МОТОР» Январь 2004

Сырные штучки
Туринфо Ноябрь 2005

Ваш выбор - Швейцария
Offshore Express Январь 2001

Швейцария: гармония звуков
Offshore Express Декабрь 1999

Леман. Большой сезон
Журнал «МОТОР» Октябрь 2007

Классические панорамные маршруты Швейцарии
Моя Швейцария Июнь 2008

Железнодорожная страсть
Моя Швейцария Июнь 2008

Швейцарская "Дольче вита"
Моя Швейцария Июнь 2008

Лазурные берега Швейцарии
Моя Швейцария Июнь 2008

Женева: столетия шарма и независимости
Моя Швейцария Июнь 2008

Центральная Швейцария: калейдоскоп впечатлений
Моя Швейцария Июнь 2007

Город открытий Цюрих
Моя Швейцария Июнь 2008

"Шампанский климат" летнего Санкт-Морица
RATA-News Август 2009


Фотографии:

















Все фотографии


© 2003-2017 TravelStar Разработка: Студия ОРИЕНС  




CarExpert.ru: Автомобили мира